Глава ВОИС: «Россия обладает невероятно богатым научно-техническим потенциалом»

Корр.: Господин генеральный директор, большое спасибо за возможность встретиться с вами. Мы впервые в офисе вашей организации, хотя она – одна из старейших в мире. Это Всемирная организация по интеллектуальной собственности, к ней все больше и больше приковано внимания. Хотя она была создана в конце 19-го века, и я хотел бы у вас узнать, зачем она была создана тогда? И насколько она востребована сегодня?

Френсис Гарри: Да, это очень старая организация, как вы заметили. Все достаточно просто. Новые идеи и развитие технологий не знают границ, они мобильны. В этом и была причина ее создания. Организация зародилась в 19 веке, в тот период, когда стали проводиться международные выставки для демонстрации новых технологий и изобретений. И уже тогда изобретатели стали думать об охране своих новшеств и это привело к появлению первой международной конвенции об охране интеллектуальной собственности. Кроме того, писатели, на пороге глобализации, в конце 19 века, такие писатели как Виктор Гюго и другие были обеспокоены тем, что их сочинения публикуются в разных странах мира и не имеют никакой защиты. И, вот так была принята Бернская Конвенция (Конвенция по охране литературных и художественных произведений). Вот таковы были первопричины создания этой организации.

Корр.: Одно из направлений деятельности вашей организации – это регистрация международных патентов, разного рода изобретений, промышленных образцов. В какую из этих сфер больше всего заявок? Какая из этих сфер наиболее активна, и почему?

Френсис Гарри: Мы занимаемся регистрацией патентов. Они защищают технологии или функции. Мы также регистрируем товарные знаки, которые являются брендами. Такие бренды, как, например, ТАСС.

Корр.: Все бренды вы регистрируете?

Френсис Гарри: Все бренды. И еще мы регистрируем дизайн, то есть внешнее оформление, внешний вид изделия. Всего, к нам поступает нас около четверти миллиона, 250 тысяч патентных заявок ежегодно, около 60 тысяч заявок на международную регистрацию товарных знаков и чуть меньше заявок о регистрации дизайна.

Корр.: Накануне встречи с вами ознакомился с докладом вашей организации за прошлый год, ежегодным докладом. И обратил внимание на очень интересную тенденцию. Мне она показалась крайне важной. За последний год наибольшее количество заявок на патенты, на изобретения пришли не из Соединенных Штатов, не из Европы, а из стран Азии. Чем обусловлена эта тенденция, и сколько, на ваш взгляд, она будет продолжаться?

Френсис Гарри: Это обусловлено большими изменениями, происходящими на наших глазах, в особенности, последние два десятилетия. Немыслимыми изменениями. Впервые, в прошлом, 2018 году, более пятидесяти процентов патентных заявок поступило из Азии. Конечно, большую роль в этих изменениях играет Китай, где мы наблюдаем колоссальные темпы роста. Но дело не только в Китае. Если посмотреть на общие показатели, то мы увидим, что Соединенные Штаты подали около 56 тысяч заявок на международные патенты в прошлом году. Китай около 53 тысяч. Разрыв между Китаем и США уменьшается. Из Японии пришло 49 тысяч заявок. Большая цифра. Затем, с большим отставанием, идет Германия - 19 тысяч заявок и примерно 17 тысяч приходится на Республику Корея. Эти технологические изменения, естественно, отражаются на производстве, которое становится более экономичным и центр тяжести мировой экономики перемещается на Восток.

Корр.: Какова роль России в вашей организации? Как много заявок есть из России? Какова тенденция этих заявок, ну, на изобретения, на патенты, на разного рода?

Френсис Гарри: Россия очень активно сотрудничает с нашей организацией. Ваша страна является одним из старейших и достойных членов организации. Мы осуществляем многостороннее сотрудничество с Россией во множестве областей. Ваша страна участвует во многих наших договорах и конвенциях, я бы даже сказал, что во всех. Не так давно, Россия присоединилась к нашим новым конвенциям. У нас есть свой офис в Москве. Это один из шести наших зарубежных офисов, помимо основного в Женеве. Через этот офис ведется очень активная работа. Он находится в Сколково. В общем, у нас всестороннее сотрудничество. Россия имеет большое влияние в нашей организации, «мягкие методы воздействия». Что же касается деятельности, то, конечно и мне не нужно говорить вам о том, что у России очень долгие и славные научные традиции. Например, очень сильная математическая школа. У вашей страны также богатая культура – известные писатели, композиторы, актеры и музыканты. Но многие ваши достижения и изобретения еще не получили достойного применения, и, по моему мнению, ваши изобретения всячески этого заслуживают, принимая во внимание ваш невероятно богатый научно-технический и культурный потенциал. Почему так получилось? Вопрос очень интересный. Как мне кажется, одна из причин заключается, конечно же, в том, что у России сырьевая экономика и проще получать доход за счет природных богатств, а не интеллектуальной собственности. И это общая проблема всех сырьевых экономик. Но, по моему мнению, есть положительные сдвиги и определенный прогресс. И «Сколково» служит хорошим примером этого. В этом центре ищут возможности стимулировать продвижение изобретений. Я думаю, необходима коммерциализация научно-технического и культурного потенциала, не производство, а распространение и коммерциализация.

Корр.: Вы упомянули целый блок совместных проектов Всемирной организации интеллектуальной собственности и российской организации. В частности, в апреле должна пройти конференция по цифровой трансформации. Насколько важна эта конференция? Что вы ждете от нее?

Френсис Гарри: Мы принимаем участие в нескольких конференциях, которые пройдут в Москве в апреле. Первая – это Международная конференция по цифровой трансформации и вопросам интеллектуальной собственности. Конечно, цифровая трансформация влечет за собой серьезные вопросы, вызовы. Судите сами, под влиянием цифровых технологий изменяются все средства производства. И один из таких вопросов касается инноваций в этих новых условиях. Потому, что система интеллектуальной собственности, которая нам знакома, есть детище индустриальной революции. Так вот, как эта привычная система интеллектуальной собственности справляется с удовлетворением потребностей инноваций в новом, цифровом контексте, в условиях цифровой экономики? Это и будет основной повесткой данной конференции. Она пройдет накануне Всемирного Дня Интеллектуальной Собственности, который отмечается 26 апреля. А в этом году, одной из тем этого дня станет мир спорта и интеллектуальная собственность. Можно подумать, что между двумя этими сферами очень мало общего. Но, если задуматься, то спортивные соревнования это, в принципе, массовые зрелищные мероприятия. А средства коммерциализации или монетизации зрелищ, естественно, коренным образом изменились. Раньше вы просто покупали билет и смотрели соревнования вживую. Сейчас же организуются трансляции, а это уже право на интеллектуальную собственность, один из драйверов для финансирования спорта. Не говоря уже о товарных знаках, а также продажа сувенирной продукции, атрибутики, которая тоже очень важна. И, на самом деле, технологии, даже обувь и другая продукция, которая используется в спорте. Все это реально свидетельствует о том, что проблемы интеллектуальной собственности стали общими, потому что технологии проникли во все сферы экономической деятельности.

Корр.: Я думаю, что даже для столь спокойного уголка мира, как Швейцария, и для вот вашего офиса здесь, все равно доходят волны от неспокойного мира, в котором мы живем. Растет напряженность, противостояние. Многие страны вводят протекционистские меры, как бы закрываются. Насколько эти тенденции протекционизма в торговле, попыток как бы закрыться, доходят до вашей организации? Как это влияет на вашу организацию, и какие вы видите здесь проблемы?

Френсис Гарри: Да, конечно в мире растет напряженность. Мы это видим. Это очевидно для всех. И это напряженность, противоречия многосторонние и они проявляют себя по-разному. Прежде всего, конечно же, можно привести пример нынешней администрации президента США, которой не нравится система многосторонних отношений, и они бы предпочли выстраивать отношение по-своему. Это их четко выраженная позиция. И это, естественно, оказывает большое влияние на все международные организации. И, естественно, должно влиять и на нашу организацию. Сейчас сложилась следующая ситуация. С одной стороны, спрос на интеллектуальную собственность как никогда, высок и он продолжает расти, в том числе и со стороны Соединенных Штатов, которые являются одним из самых активных членов организации. Однако, когда дело касается установления правил – а новые правила нам нужны в некоторых областях, потому что технологии меняются очень быстро – то мы видим, что международному сообществу довольно сложно договориться практически по любому вопросу. Нет общего взгляда даже на самые простые вещи. И это настоящая драма для мира, потому что это приводит к спорам в области законодательного регулирования. Возьмем, для примера, цифровые данные – серьезный вопрос. Россия, Индия, Китай, например, имеют законы о локализации данных. Соединенные Штаты поддерживают свободное перемещение данных (информации). А между ними, в середине, находится Европейский Союз, который выступают за локализацию персональных данных и свободный обмен, перемещение коммерческих данных. Это пример того, где, в конечном итоге, необходимо установить международные правила. Но, возможности установить эти правила, чрезвычайно ограниченны из-за напряженности и противоречий в мире. И, по моему мнению, это хорошо осознает наша организация, поскольку наша деятельность связана с самыми новейшими достижениями. Нам очень нужно иметь эту возможность, чтобы быть в состоянии решать такие вопросы. В особенности те вопросы, которые теперь, почти всегда, имеют международное, глобальное значение. Они уже перестали быть внутренними проблемами государств, поскольку происходит свободный обмен данными.

Корр.: Всемирная организация интеллектуальной собственности – одна из старейших организаций в мире. А членом Организации Объединенных Наций, частью Организации Объединенных Наций вы стали только в 74-м году. Что дает вам членство в ООНовской семье? Что вы для ООН, и что ООН для вас?

Френсис Гарри: Да, мы часть ООНовской семьи. Мы являемся специализированным агентством. Это означает, что мы состоим в договорных отношениях с ООН, которые устанавливают сферу нашей ответственности, а также мы участвуем в некоторых направлениях деятельности ООН. И, естественно, мы уважаем те принципы и ценности, на основе которых ООН была создана. Для нас это очень тесные и важные взаимоотношения. Наша организация, по роду своей деятельности, является поставщиком услуг. Что это дает нашим членам? Мы предоставляем целый спектр услуг государствам-членам Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности. Например, если вам нужна международная защита – это одна из услуг, предоставляемых нами. О чем я уже говорил, когда мы коснулись регистрации товарных знаков, дизайна. А также творческие индустрии: музыка, литература, кинематограф, трансляции, аудиовизуальные произведения. Для всех этих видов творческой деятельности мы предоставляем услуги по защите авторских прав. Мы сотрудничаем с множеством государственных и частных организаций: университетами, научно-исследовательскими институтами, даже с фармацевтическими компаниями, которые могут вести совместную работу для решения одной конкретной задачи.

Например, интенсивное изыскание новых лекарственных средств для лечения какого-нибудь запущенного тропического заболевания. Или, еще, перевод книг в формат для слепых и слабовидящих, например, со шрифтом Брайля, и дальнейшее распространение этих книг в разных странах. А это, естественно, проект международного масштаба. Так что, у нас очень много примеров прекрасного сотрудничества с Россией, другими странами. Еще, например, в области, которую мы называем создание центров поддержки инноваций и технологий. В России уже 700 таких центров в разных университетах на всей территории вашей большой страны. У нас есть аналогичные центры и в других странах. Наиболее востребованными среди государств-членов сейчас являются услуги в сфере технологий и в мире творческих индустрий.

Корр.: Насколько я знаю, защитой прав интеллектуальной собственности, кроме вас, еще занимается Всемирная торговая организация. У которой, кстати, тоже есть штаб-квартира в Женеве. И вы, и они, вроде бы как занимаетесь одним и тем же делом. Есть ли между вами конкуренция? Или какое-то дублирование в работе? Как отличается эта деятельность ваша от деятельности в этом же направлении, ВТО?

Френсис Гарри: Поведение государств напоминает поведение людей, по моему мнению. Они добиваются для себя максимальной выгоды и ищут такую площадку, которая больше всего удовлетворяет их запросам. Да, есть определенное дублирование деятельности в сфере охраны интеллектуальной собственности во Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности и ВТО. У нас очень теплые и дружеские отношения. Но, один из документов, на основе которого была создана ВТО, это Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС). У нас же 26 международных договоров, административные функции которых наша организация выполняет. И не надо забывать о том, что ТРИПС - Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности было принято в 1994 году. С 1994 года мы успели заключить почти 10 новых договоров, которые обновили международную нормативно-правовую базу. А наши партнеры, ВТО, мало что сделали в сфере интеллектуальной собственности после 1994 года. И, мне кажется, государства могут выбирать. Какие-то страны предпочтут ВТО, другие нашу организацию, потому что им кажется, у них будет больше шансов достичь своих целей именно в ВТО или во Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности. И предпочтения стран постоянно меняются. Их интересы меняются. Наши отношения, до определенной степени, носят конкурентный характер, но есть и место взаимовыгодному сотрудничеству. У нас сложились очень хорошие отношения с секретариатом, с генеральным директором, господином Роберту Азеведу. И мы стараемся максимально улучшить качество услуг, которые мы оказываем вместе для наших государств-членов.

Корр.: Я хочу поговорить с вами, г-н генеральный директор, о теме искусственного интеллекта. Это все более и более сложная, важная тема, вторгающаяся в нашу жизнь. Я читал доклад вашей организации, где говорится о том, что уже целый ряд патентов создается роботами. И это, наверное, какую-то таит, ну, если не опасность, то новую реальность. Вот, не думаете ли вы о том, что, может, настанет время, когда заявки к вам будут поступать не от ярких умов, а от роботов?

Френсис Гарри: Тема искусственного интеллекта находится в центре технологической конкуренции между странами. Потому что, и не будем об этом забывать, технологии имеют чрезвычайно важные экономические преимущества и выгоды, а также находят очень важное применение в военной сфере. И мы это видим на примере самых разных научно-технологических областей. Что же касается искусственного интеллекта, то, хотя это достаточно старая технологическая сфера, с учетом того, что публикации об искусственном интеллекте начали появляться еще в 50-е годы прошлого века и первые патенты были выданы в 50-е и 60-е годы, но, согласно нашим отчетам, более половины всего числа научных публикаций и патентных заявок были сделаны в последнее время, начиная с 2013 года. То есть, в последние 5-6 лет. Мы наблюдаем большой скачок в развитии способностей искусственного интеллекта добиваться осязаемых результатов. Таким образом, технологии реально продвинулись вперед. Президент Путин, кажется в одном из своих интервью, сказал, что Страна, которой удастся добиться лидерства в создании искусственного интеллекта, станет властелином мира. И так считает не один он. Это общее мнение. Это очень важная область. Мы видим, что сейчас Соединенные Штаты очень много делают в этом направлении. Их инвестиции в научные исследования и разработки в этой сфере превышают цифру 20 миллиардов долларов. Китай также вкладывает большие средства в эту сферу. Развитие искусственного интеллекта это один из приоритетов нынешней официальной политики Китая, под руководством Си Дзиньпиня. Их цель добиться лидерства в области искусственного интеллекта к 2030 году. Они инвестируют более 20 миллиардов долларов. И этим более активно занимается не столько частный бизнес, сколько само государство. Таким образом, вы видим, что в этом направлении ведется очень активная деятельность, и новые достижения в развитии искусственного интеллекта будут иметь фундаментальные последствия для нашего общества.

Корр.: Какие направления, какие конкретные области использования искусственного интеллекта, проникновения искусственного интеллекта, на ваш взгляд, наиболее перспективны? С точки зрения вашей организации?

Френсис Гарри: С технологической точки зрения, это, прежде всего, обучение машин – нейронные сети глубокого обучения, когда компьютеры способны учиться, используя введенные данные, в алгоритм. Вот это направление сейчас продвинулось больше всего. Но, конечно же, речь идет об особом, отдельном применении. Пока, речь не идет ни о каком общем искусственном интеллекте, когда машина была бы способна выстраивать сложные связи, охватывая разные сферы, что является преимуществом людей перед искусственным интеллектом на данный момент. И машины, пока, очень отстают от нас. Какое же применение можно найти искусственному интеллекту для решения коммерческих задач? Тут намечается довольно широкий диапазон. Компьютерное зрение (машинное распознавание) - в этой области заметен существенный прогресс. Механизмы управления и робототехника тоже очень важная область сейчас. И мы видим множество вариантов применения искусственного интеллекта в этой области. И, в целом, давайте назовем это новыми производственными технологиями. И это окажет радикальное и глубокое воздействие, отчасти сравнимое с индустриальной революцией, но, конечно же, по-другому. И, мы скоро увидим…И, на самом деле, я уже бывал на новых заводах, в разных странах. Площадь такого завода равна футбольному полю и на нем трудится всего два человека, а все остальное машины. Теперь, искусственный интеллект даст возможность этим машины учиться все больше и больше, и, в процессе обучения, становиться более эффективными. Так что, я думаю, мы скоро увидим все новые и новые сферы применения. Недавно я увидел одно такое новое применение искусственного интеллекта в Японии - там новости читал робот-ведущий и тут же следовал перевод на язык жестов для глухонемых.

Корр.: Вы – единственный институт Организации Объединенных Наций, который не только тратит деньги, но и их зарабатывает. Более того, как пишется в ваших докладах – достаточно серьезные деньги зарабатывает ваша организация. Могу ли я вас спросить о том, каков бюджет организации, как много зарабатывает Всемирная организация интеллектуальной собственности на регистрации вот этих всех патентов, и куда тратит деньги?

Корр.: Френсис Гарри: 96 процентов средств для своей деятельности Организация зарабатывает сама. Государства-члены дают только 4 процента. Остальное - это доход, получаемый за счет предоставляемых услуг. Сейчас, наш доход составил 450 миллионов швейцарских франков в год. Это довольно приличная сумма и, год от года, наши доходы растут. Это очень хорошо, поскольку это позволяет нам использовать заработанные средства для разных целей. Вот, к примеру, одна из целей – мы тратим 18 процентов нашего бюджета на развитие, развитие потенциала. Одним из серьезных недостатков современного мира являются разные уровни технологического развития в разных странах. В одно и то же время в мире существуют прединдустриальные, индустриальные и постиндустриальные экономики. И, конечно, развитие технологий дает множество экономических преимуществ и также меняет качество жизни. И все технологические преимущества, например, в области здравоохранения и медицины, приводят к появлению совершенно разных групп населения в мире: Тех, кто имеет доступ к современным, высококачественным медицинским технологиям и тех, у кого нет такого доступа. У нас очень хорошая экономическая модель. Мы выступаем, в некоторой степени, как благотворитель и тратим значительную часть своего дохода не только для улучшения своих услуг, а для развития потенциала развивающихся стран и стран с экономикой переходного периода.

Корр.: Вы много лет живете в Швейцарии, много лет работаете во Всемирной организации интеллектуальной собственности. Но я знаю, что вы - родом из Австралии. Как Австралия чувствует себя в вашей организации, насколько она активна? А вы сами не скучаете ли по своей Родине – по Австралии?

Френсис Гарри: Да. Должен сказать, что Австралия является очень активным членом Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности. Это также сырьевая экономика. Необходимы усилия, чтобы стимулировать инновационную и научно-исследовательскую деятельность в Австралии, как страны с сырьевой экономикой. Но Австралия активно участвует в деятельности организации. Я скучаю по Австралии. Как и Россия, это большая по территории страна и я скучаю по ее просторам. Мне не хватает этого тут и еще, я бы сказал, что скучаю по более простому, размеренному образу жизни в Австралии.

Корр.: Вы уже второй раз избираетесь на должность генерального директора. Вот, в 14-м году начался второй ваш 6-летний срок. Вы до этого работали заместителем генерального директора – т.е., ну, большая часть вашей сознательной жизни прошла вот в этом офисе. Каким вы видите будущее вашей организации? Насколько в будущем – через двадцать лет, понадобится защита интеллектуальной собственности?

Френсис Гарри: Я думаю, что у нашей организации блестящее будущее. И это, прежде всего, потому, что технологии, всегда играли огромную роль в жизни человека, а сегодня это заметно как никогда раньше, и являются принципиальной, отличительной чертой людей, по сравнению с другими формами жизни на планете. Человечество постоянно наращивает темп технологического совершенствования. Это, возможно, и удивительно, но это так и есть. С экономической перспективы, на лицо все признаки того, что финансовая основа организации очень надежная и прочная и останется такой в дальнейшем. Это одна из причин, очень хорошая причина. И, я думаю, мы уже обсуждали эту тему – свободного обмена идеями и достижениями. То есть, необходимо рассматривать вопросы на международном, глобальном уровне, уже невозможно решать их на национальном уровне. Поэтому, я вижу очень большие перспективы для нашей организации, с условием, что мы сможем играть нашу роль как нейтральный участник. Я твердо убежден, что международная организация должна быть открыта для всех и должна относиться с уважением ко всем различиям и многообразию нашего мира.

Корр.: Вы сказали, что Россия очень активно участвует в деятельности Всемирной организации интеллектуальной собственности. И действительно: в России – тысячи, десятки тысяч изобретателей, людей интеллектуального труда, которые придумывают разные изобретения, разные патенты. Что бы хотели вы пожелать вот этой огромной армии российских изобретателей, выдумщиков, интеллектуалов – вообще россиян, вот из офиса генерального директора Всемирной организации интеллектуальной собственности?

Френсис Гарри: Что касается России, то я бы хотел сказать, что вы представляете замечательную цивилизацию, необычайно богатую культуру и научные традиции. Это то, что есть у немногих стран в мире. Имея такое богатство, перед вами стоит задача научиться использовать все это с наибольшей экономической выгодой, чтобы обеспечить устойчивое и достойное существование и дальнейшую деятельность всех этих изобретателей, которые так много работают, чтобы улучшить качество нашей жизни.

 

Источник: https://tass.ru/interviews/6301504